Так завещал Нобель
В центре внимания «УТГ»: кто и за что удостоен престижной премии в 2008 году
Если верить новостям Интернета и прессы, то наука уже давно служит производителям мобильных телефонов и всевозможных компьютерных новшеств: каждый день появляется нечто, причем легче, удобнее, быстрее, функциональнее и компактнее, чем вчерашнее, — просто положи на ладонь, нажми на кнопку, и весь мир в твоих руках. А еще почти каждый день придумывается новый рецепт бессмертия или, на худой конец, лекарство от СПИДа или рака. Однако Нобелевской премии эти гениальные открытия почему-то не удостаиваются.
Этим наука и похожа на кино, музыку и литературу. Ведь ширпотреба, который собирает стадионы и кинозалы, раскупается в книжных магазинах и становится платиновыми дисками, чтобы быть забытым через месяц, немало, а шедеврами становятся только избранные произведения. Задача самых влиятельных премий — отследить и отметить эти шедевры, поймать их в сумасшедшей гонке за признанием и материальным успехом. И хотя с каждым годом это делать все труднее и труднее, так как научная картина мира все более усложняется и постоянно изменяется, все же остаются достижения, которые не заметить просто нельзя.
Жертвам фаст-фуда посвящается. Игнобелевская премия
Подведение итогов 2008 года в науке началось с вручения Шнобелевской (или, по-другому, Игнобелевской) премии — за «исследования, которые сначала заставляют засмеяться и только потом задуматься». Именно так позиционирует свою награду Гарвардский университет. На самом деле, как бы ни были смешны и нелепы исследования и открытия, отмеченные этой премией, здравый смысл в них все-таки присутствует. Вернее, многое из того, что этим призом отмечено, часто является кривым зеркалом мировых тенденций. Например, наиболее «сенсационным» и вызвавшим больше всего разговоров «открытием» уходящего года стали ученые труды Деборы Андерсон из родного для Шнобеля Гарварда и Чуанье Хун из Тайбэйского университета, посвященные спермицидным свойствам кока-колы. Обе работы были сделаны почти 20 лет назад, но лишь теперь к ним пришло признание (кстати, традиция вполне в духе и Нобелевской премии). Слухи о том, что всемирно любимая шипучка является неплохим средством предохранения, ходили давно (вероятно, кто-то испытывал на себе), а результаты исследований Андерсон лишь доказали, что кола действительно снижает подвижность помещенных в нее сперматозоидов. Однако применять напиток в качестве средства экстренной контрацепции все-таки не рекомендуется: прежде чем затормаживать сперматозоиды, кола должна их догнать, а это, как нетрудно догадаться, фантастическая ситуация. Все было бы хорошо, если бы параллельно с Гарвардом эту важную тему не разрабатывали в Тайбэйском университете и не доказали обратное. Так что в мире стало на один спорный вопрос больше. Вообще-то, на него можно посмотреть с двух сторон: вроде бы, в мире есть контрацептивы понадежнее (голова на плечах по-прежнему вне конкуренции), а с другой стороны, призадумаешься: если кока-кола убивает сперматозоиды, то что же она делает с человеческим организмом?..
Кстати, премию в науках о питании на этот раз заработало исследование как раз искусственной и вредной пищи, а именно чипсов. Массимилиано Цампини и Чарльз Спенсер из Италии и Великобритании выяснили, что картофельные чипсы кажутся свежее и лучше на вкус, если они хорошо хрустят. Для этого ученые заставляли жующих подопытных слушать свое чавканье, а компьютер в реальном времени подгонял его к звукам идеально свежих чипсов. Вот они, последствия глобализации и культурного обмена: американцы полюбили пиццу, а итальянцы — чипсы.
В целом неплохо получается: жуем чипсы, запиваем вредной для здоровья кока-колой, а потом лечимся от последствий данной диеты… Премию по медицине в этом году получил американский экономист Дэн Ариэли из Университета имени Вашингтона (США). Вместе со своими американскими и израильскими коллегами он исследовал действие различных таблеток и пришел к выводу, что «хорошее плацебо дорогого стоит». Из двух совершенно идентичных и одинаково бесполезных таблеток боль лучше утоляет та, которую жертва чипсов и кока-колы считает более дорогой. Без комментариев.
Заслуживает внимания и совместная работа Дориан Рэймер из Океанографического института имени Скриппс и Дугласа Смита из Университета Калифорнии в Сан-Диего (США), которые математически показали, что если долго трясти коробку с нитками или любыми другими подобными предметами, то они сами собой завяжутся в узлы. За что и получили Шнобелевскую премию по физике. В общем, как веревочка ни вейся…
А вот чем были вдохновлены лауреаты премии по биологии — большая загадка, которую разгадать не удалось. Все дело в том, что французы Мари-Кристина Кадьег, Кристель Жубер и Мишель Франк за своим вполне заслуженным призом (это, кстати, не медаль, не грамота и даже не деньги, а разделочная доска) не приехали, что в последние годы довольно редкое явление. Великолепную троицу наградили за доказательство того, что блохи, которые живут на котах, уступают своим собачьим собратьям в высоте прыжков.
И все-таки, наверное, не стоит смеяться над чудаками, тратящими свое время и чужие деньги на встряхивание коробок с нитками и прослушивание хруста чипсов. Во-первых, о том, какими путями великие ученые приходят к революционным открытиям, известно мало, а во-вторых, решения Нобелевского комитета — это тоже не истина в последней инстанции, и они также всегда вызывают немало споров. И потому с 6 по 13 октября весь мир делал ставки, поздравлял, спорил, осуждал, поддерживал — в свои права вступали новые наследники Нобеля.
Из дневника одной важной недели
- Понедельник, 6 октября. Медицина: антивирусная компания
Нобелевская премия 2008 года традиционно стартовала с объявления лауреатов в области медицины и физиологии. Ими стали сразу трое ученых-вирусологов.
25 лет назад мир заговорил о страшной болезни. СПИД — чума ХХ века — не щадит ни молодых, ни талантливых, ни великих. Каждый день придумываются новые лекарства, изобретаются вакцины, проводятся многочисленные кампании по борьбе с болезнью. Вся эта колоссальная работа уже начала давать результаты: за последние 15—20 лет научные исследования привели к тому, что появились лекарства, тормозящие ВИЧ, и из болезни со смертельным исходом она превратилась в хроническое заболевание. А о том, что у вируса есть первооткрыватели, без которых на эту беду еще долго никто не обратил бы внимания, все как будто забыли. Возможно, как посвящение столь печальному юбилею, Нобелевская премия 2008 года досталась вирусологу из Парижского института Пастера Франсуазе Баррэ-Синусси и сотруднику Всемирного фонда исследований и профилактики СПИДа Люку Монтанье, которые в 1983 году впервые выделили вирус иммунодефицита человека. Правда, примерно тогда же об открытии вируса заявили американские ученые, и долгое время шли споры о том, кто же был первым, но решением Нобелевского комитета в этом году они получили логическое завершение.
Третий лауреат, немец Харальд цур Хаузен из Центра изучения раковых заболеваний в Гейдельберге, тоже сделал выдающееся открытие четверть века назад и тоже отмечен только в этом году. Когда-то он предположил, что вирус папилломы человека имеет отношение к развитию рака шейки матки — ведь клетки опухоли, если они содержат онкогенный вирус, должны содержать вирусную ДНК, интегрированную в геном. С 1970-х годов ученый проводит исследования, направленные на борьбу с болезнью, ежегодно поражающей около 500 тысяч человек. В 1983 году ему удалось обнаружить разновидность ДНК вируса в опухоли и, следовательно, открыть канцерогенный тип вируса HPV16. А раз есть вирус, значит, против него можно придумать и вакцину… При помощи таковой уже сейчас можно обеспечить защиту от инфекции на 95%. Решением Нобелевского комитета Харальд цур Хаузен получил половину премии, а французы поделили между собой вторую.
Цифра
В этом году материальная часть награды составляет 1 миллион 399 тысяч долларов.
- Вторник,7 октября. Физика: в семействе кварков пополнение
То, что премию по физике тоже получили сразу трое, уже никого не удивило: достойных много, а премия одна. По распространившемуся в научных кругах мнению, в этом году лауреатом мог стать и француз Алан Аспект, доказавший способность двух фотонов сообщаться друг с другом независимо от расстояния между ними, и физики, которым удалось остановить свет. Единственный недостаток этих открытий в том, что они сделаны недавно, а для того, чтобы считаться шедевром, достижение должно пройти испытание временем и зарекомендовать себя как действительно полезное и изменившее что-то в мире — так завещал Нобель.
Лауреатами Нобелевской премии 2008 года по физике стали ученые из Японии и американец японского происхождения. Как и французские медики, они занимаются исследованиями одной и той же проблемы. Почетный профессор Института Энрико Ферми Йоитиро Намбу — один из основателей квантовой хромодинамики. Уже около 40 лет он исследует загадки физики элементарных частиц, квантовой теории поля и сверхпроводимости. Занимался разработкой кварковой модели адронов и ввел квантовое число «цвет». В наших широтах он приобрел определенную известность, когда в 1984 году в Советском Союзе вышел перевод его научно-популярной книги «Кварки», в которой он объясняет сложные физические идеи с помощью простых и остроумных аналогий, без применения математического аппарата. 40 лет — это серьезное испытание на прочность, так что Нобелевская премия за открытие механизма спонтанного нарушения симметрии в физике элементарных частиц наконец-то нашла своего лауреата. Намбу получил ровно ее половину, другую же разделили продолжатели его работы Макото Кобаяси и Тосихиде Маскава. Будучи коллегами и соавторами, они прославились благодаря статье по нарушению CP-симметрии. Гипотеза, высказанная в ней, постулировала существование третьего поколения кварков, которое было экспериментально подтверждено через 4 года с открытием b-кварка. Работая вдвоем, они еще в 1973 году предположили, что причина, приведшая к преобладанию вещества над антивеществом, может заключаться в том, что они по-разному участвуют в слабых взаимодействиях. Первые экспериментальные наблюдения асимметрии Кобаяси — Маскава были сделаны в 2002 году с помощью ускорителей KEKB и американского Stanford Linear Accelerator. Так что денежный приз ученые поделили между собой, а премию им дали за общее дело — открытие источника нарушения симметрии, позволившее предсказать существование в природе, по меньшей мере, трех семейств кварков.
- Среда, 8 октября. Химия: зеленый свет
Странное совпадение: лауреатов Нобелевской премии 2008 года по химии тоже трое. Налицо тенденция: поощряются не герои-одиночки, а люди, развивающие целую отрасль науки. Нобелевская премия в данном случае является, скорее, моральной и материальной поддержкой новаторов. Осаму Симомура, Роджер Цьен и Мартин Чалфи отмечены за «открытие и исследование зеленого флуоресцирующего белка».
Осаму Симомура — японский химик-органик и морской биолог — занимался, в частности, проблемой излучения света некоторыми формами морской жизни. В 1962 году он открыл Green Fluorescent Protein (зеленый флуоресцентный белок) в маленькой светящейся медузе Aequorea victoria. В ходе исследований Симомура установил: чтобы излучать свет, Aequorea выпускает ионы кальция, которые связываются с белком. Именно кальцесвязывающий белок экворин (aequorin).производит свечение. Открытие Симомуры и его исследования многочисленных субстратов и ферментов, которые приводят к излучению света, сделали его ведущим в мире экспертом по люминесцентной химии.
Мартин Чалфи, работающий в области клеточной дифференциации, создал новые экспериментальные методы этих исследований. Он был первым, кто доказал возможность использования зеленого свечения протеина GFP в качестве светового маркера для исследований различных биологических явлений: при введении белка в качестве люминесцирующего маркера в живые ткани стало возможным наблюдать за недоступными ранее процессами. Например, за ростом нервных клеток или развитием опухолей. GFP также оказался незаменимым в генной инженерии. Именно с помощью «светящегося» белка было выведено множество трансгенных видов живых организмов. Таким образом, например, стало возможным рождение светящихся кошек и поросят, а также создание портретов из бактерий. За светящихся поросят вполне можно было бы дать и Игнобелевскую премию, однако Нобелевский комитет все решил по-своему и наградил химиков именно за «открытие и исследование зеленого флуоресцирующего белка».
- Четверг, 9 октября. Литература: за пределами цивилизации
Франсуаза Баррэ-Синусси и Люк Монтанье — не единственные французы, заслужившие в этом году Нобелевскую премию. 9 октября стало известно, что их земляк Жан-Мари Гюстав Леклезио получил Нобелевскую премию по литературе. Кстати, Леклезио не только писатель, но и ученый-историк. Правда, Нобелевскую премию по истории не вручают, да и научная карьера Леклезио развивалась медленнее, чем литературная. Его первый роман и диссертацию разделяют ровно 20 лет: книга «Le proces-verbal» («Процесс») вышла в 1963-м, когда ему было 23 года, а диссертацию он защитил в 1983-м. За это время он успел пожить четыре года среди индейцев Центральной Америки, поработать преподавателем в Таиланде и США, опубликовать полтора десятка романов, сборников рассказов и путевых эссе. К 2008 году у него вышло около сорока книг. Писатель никогда не был вхож в литературные круги Парижа, а из-за многочисленных путешествий проникся миром, невероятно далеким от европейской цивилизации: его всегда интересовала неразмываемая граница между пришельцами и туземцами в любимых им Африке и Центральной Америке, культурные пропасти, взаимное непонимание и неприятие народами друг друга. В частности, его перу принадлежит книга «Сон Мексики, или Оборванная мысль» о доколумбовых цивилизациях и их встрече с испанцами. В пресс-релизе Нобелевского комитета говорится, что Леклезио — «исследователь человечества вне пределов правящей цивилизации». Земляками и предшественниками Леклезио, получившими Нобелевскую премию по литературе, были всемирно известные мастера слова Жан-Поль Сартр, Анатоль Франс и Ромен Роллан. Вот только было это довольно давно, так что нынешнее решение Нобелевского комитета — это, скорее всего, желание обратить внимание мировой общественности на то, что великая французская литература не умерла в середине ХХ века. Она по-прежнему живет и здравствует. Даже несмотря на то, что сейчас ее читают в основном только франкоязычные страны.
Пятница, 10 октября. За мир во всем мире?
Пожалуй, единственная личность, чье награждение премией мира не вызвало споров и пересудов, это Мать Тереза. Вроде бы, мы уже давно смирились с тем, что гений и злодейство вполне совместимы, однако у каждого из тех, кто когда-либо получал Нобелевскую премию мира, всегда находятся противники. Что поделаешь, если те, кого современники называют борцами за мир во всем мире, впоследствии нередко осуждаются потомками. Один только Иосиф Сталин чего стоит: с одной стороны, вторую мировую войну выиграл, а с другой… А ведь он тоже считался вполне серьезным претендентом на премию мира… Так что и выбор Нобелевского комитета, и деятельность очередного лауреата Нобелевской премии мира стоило бы оставить без комментариев. В этом году он пал на бывшего президента Финляндии Марти Ахтисаари, который известен в мире в первую очередь как автор плана урегулирования ситуации в Косово, предложенного в 2007 году. На пост спецпосланника по Косово его назначил предыдущий генеральный секретарь ООН Кофи Аннан, положившись на его опыт в разрешении международных конфликтов.
А опыт у Ахтисаари и правда колоссальный. Он работал в министерстве иностранных дел Финляндии и участвовал во многих гуманитарных программах в Африке (именно ему во многом обязана своей независимостью Намибия), был министром иностранных дел Финляндии, а потом и президентом страны. После истечения срока президентских полномочий Ахтисаари ушел из финской политики, но продолжил дипломатическую деятельность. В ноябре 2005 года он снова занялся ситуацией в Косово, вокруг которого уже шесть лет ломались копья. Формально Марти Ахтисаари не имеет отношения к провозглашению независимости Косово. Но именно он был одним из главных архитекторов той системы международных связей, которая выстраивалась вокруг него и фактически эту самую независимость обеспечила. Похоже, именно за это Ахтисаари и получил свою Нобелевскую премию. А сама награда бывшего президента Финляндии сопровождалась следующим комментарием: «за усилия в разрешении международных конфликтов, которые он прилагал на нескольких континентах в течение трех десятилетий».
Выходные. Десерт с отсрочкой
Лауреаты, номинанты и Нобелевский комитет наконец-то отдыхают перед новыми свершениями. Возможно, кто-то уже предложил кандидатуры потенциальных лауреатов Нобелевской премии-2009 (ведь их выдвижение и отбор длятся целый год), а некоторые из новоявленных лауреатов, например профессор Макото Кобаяси, еще не успели решить, на что потратят премию. Ну что же, у них есть время подумать до 10 декабря, когда в Стокгольме состоится торжественная церемония вручения премий, медалей и дипломов. А сразу после церемонии будет торжественный ужин, меню которого засекречено не менее, чем имена всех претендентов и организаций, их выдвинувших. Известно лишь, что на десерт будет мороженое, а вот какое — тоже большая тайна. А еще через 50 лет мы сможем узнать, кто же выдвигался на Нобелевскую премию в этом году… Завершилась 107-я по счету Нобелевская неделя.
13 октября. Экономика: популярно о Буше и экономической активности
Завершилась, да не совсем — не все слоны были розданы с 6 по 10 октября 2008 года. А дело в том, что в 1895 году Альфред Нобель составил свое знаменитое завещание, где приказал создать фонд, проценты с которого будут выдаваться в виде премии тем, кто в течение предшествующего года принес наибольшую пользу человечеству. Указанные проценты, в соответствии с завещанием, делились на пять равных частей, которые предназначаются для поощрения открытий в области физики, химии, физиологии и медицины, литературы и за особые достижения перед человечеством в деле мира. А в XX веке большую пользу человечеству стала приносить область, которую великий шведский изобретатель и фабрикант в завещании не учел. Это экономика. В 1968 году Центральный банк Швеции принял решение об учреждении специальной премии памяти Нобеля и таким образом исправил сложившуюся ситуацию. Так что у премии по экономике в этом году сорокалетний юбилей, а за эти годы ее получили 60 человек. Профессор Принстонского университета США Пол Кругман стал шестьдесят первым.
Премия известному специалисту по международной торговле присуждена «за анализ путей развития торговли и определения зон экономической активности». Кругман разработал новую теорию эффектов свободной торговли и глобализации, которая объясняет, почему в мировой торговле доминирующее положение занимают страны с одинаковыми предпосылками, имеющими отношение к одинаковым товарам, в отличие от традиционной теории торговли, исходящей из того, что все страны разные. Почему одни государства экспортируют сельхозпродукцию, а другие — промышленную, традиционные теории объясняют различиями между странами. Однако Кругман показал, что в международной торговле доминируют страны со сходными условиями и сходными продуктами.
К примеру, Швеция как экспортирует, так и импортирует автомобили. Такая торговля делает возможным специализацию, следствием которой являются растущее массовое производство с понижением цен и богатый ассортимент продукции, поясняет в сообщении для прессы комитет по экономической премии. Кругман также является членом «Группы тридцати» — международной организации, объединяющей финансистов и экономистов, целью которой является углубленное изучение финансовых и экономических проблем и анализ последствий решений, принятых в этом секторе, для общественной и частной сфер. По мнению специалистов, исследования Кругмана на Нобелевскую премию претендуют давно: он считается одним из лидеров «популяризаторского движения» в экономике, его имя известно не только каждому экономисту, но и любому читателю журнала «Fortune» или газеты «The New York Times», где Кругман ведет собственную колонку. Его статьи последнего десятилетия посвящены главным образом суровой критике Джорджа Буша, его администрации и Республиканской партии. Мало кому из крупных ученых удается так доходчиво писать о макроэкономической конъюнктуре и одновременно так язвительно полемизировать с президентской командой. Да и просто тот факт, что хоть кто-то еще способен разобраться в мировой экономике, не может не радовать: уже за одно это можно вручать Нобелевскую премию.
Нобелевская неделя-2008 завершилась: первые итоги года подведены, новые горизонты намечены, все шедевры науки оценены по достоинству, а кто-то продолжает совершенствовать мир и приносить человечеству пользу… Ведь мир по-прежнему нельзя положить на ладонь, нажать на кнопки и получить всю нужную информацию. А значит, науке есть куда двигаться.