Империя Бати
![](https://eutg.xyz/wp-content/uploads/2010/04/2401.jpg)
Томаш Батя, отец обувного конвейера и социального капитализма, оставил заметный след в Закарпатье.
Закарпатье, двадцать лет находясь в составе межвоенной Чехословакии, не могло остаться в стороне от большого капиталистического эксперимента. Впрочем, время идет, и далеко не каждый ужгородец знает, что в самом центре закарпатской столицы когда-то были магазин и обувная мастерская с роскошным названием «Дворец Бати». Ужгородская обувная фабрика также ведет свою историю со времен расцвета настоящей обувной империи, частью которой она тогда была.
От парусины до конвейера, нот и франшизы
Путь Томаша Бати от сапожника до мультимиллионера без преувеличения удивителен. Будущий обувной король родился в 1876 году в многодетной семье сапожника. С 12 лет сам делал и продавал обувь, которую в то время шили не на фабриках, а индивидуально, все больше применяя изобретения для механизации труда. В 14 лет ушел из дома и устроился на фабрику по производству сапожных станков. Работал здесь недолго, но этот опыт Томашу со временем пригодился. В 1894 году вместе с братом и сестрой он основывает в родном Злине собственное предприятие, которое, однако, через год обанкротилось. На коммерчески неудачном проекте отрабатывается необычный метод организации труда — десяти наемным работникам платят за фиксированное рабочее время. Обанкротившийся из-за капризов рынка семейный бизнес распался, и Томаш остался с ним один на один.
В то сложное время он и придумал первое и главное свое ноу-хау: вместо обычной кожи решил использовать крепкую, но дешевую парусиновую ткань. Кожа шла только на подошву и носок. Обувь, получившая название «батевки», из-за дешевизны и элегантности пользовалась большим спросом. За несколько лет Батя рассчитался с долгами, расширил производство, закупил станки для механизации и удешевления труда. В начале ХХ века он оставляет предприятие на надежного бухгалтера и на год едет в Америку, где как раз вводилось в эксплуатацию конвейерное производство и вырабатывалась новая промышленная идеология — научная организация труда.
В сущности, Батя вместе с тремя работниками, которых он взял с собой, занимаются промышленным шпионажем. Они нанимаются рабочими на различные предприятия, связанные с производством обуви, и изучают все нюансы. В Америке пан Томаш узнает о новом методе Генри Форда, пришедшего к выводу, что значительно эффективнее научить рабочего одной примитивной операции, чем основам сборки целого автомобиля. Кстати, Форд не был изобретателем конвейера. До него в США существовали «конвейеры наоборот» — производственные линии по разделке туш животных. Форд понял, что так же, как «разбирают» туши, можно и собирать автомобили. Со временем Томаш Батя применит конвейерный метод для пошива своих «батевок».
Вернувшись домой, сапожник-новатор с вдохновением применяет приобретенный прогрессивно-капиталистический опыт. Его фирма становится известной, и в начале первой мировой войны Батя получает от австро-венгерской власти заказ на 50000 пар военных сапог. Сотни земляков Томаша спаслись от гибели на полях боев, ведь им пришлось в течение 1914—1918 годов пошить половину всех армейских сапог Габсбургской империи. В послевоенной только что созданной Чехословакии Томаш Батя демонстрирует еще один, до тех пор неизвестный местным бизнесменам прием: на перенасыщенном однотипным товаром обувном рынке он, чтобы разгрузить склады и получить «живые» деньги, объявляет о 50-процентной скидке и таком же снижении зарплаты рабочим. Но те не протестуют, поскольку иначе не получили бы вообще ничего. Обувь быстро раскупается, и фирма BAŤA снова дышит свободно. В 1923 году Томаш Батя становится классическим олигархом, объединяя бизнес и власть, но легально — его избирают мэром родного Злина.
В дальнейшем предприниматель применяет еще несколько сейчас типичных, а тогда новаторских бизнес-приемов. В частности, разворачивает сеть собственных магазинов в Чехословакии и за границей, а также несколько автономных производств, работающих под общей маркой (современная франшиза). На предприятиях Батя вводит не только научную организацию труда, но и гибкую и разнообразную систему его оплаты, а в сфере продаж вводит ныне привычные нам «обманные» цены, например, 9,99 вместо 10. Индивидуальный пошив обуви в стране исчезает.
Социальные эксперименты братьев-капиталистов
Не менее интересными, чем бизнес, были социальные эксперименты Бати. Вообще 20-е годы — время разнообразных «перестроек» почти по всему миру. В СССР ставился неслыханный эксперимент по построению индустриального социалистического государства на руинах империи. За океаном стремительно внедрялись технологии, в которых человеку отводилась роль винтика в сложном производственном механизме. Все эти тенденции в общественной жизни, экономике, искусстве восхищали и пугали.
Молодая Чехословакия не была в стороне, именно здесь писатель Карел Чапек создает своего фантастического робота. На этом фоне отличился и Томаш Батя. В 1925 году он открывает в Злине первую из сети школ, в которых могут учиться и зарабатывать дети из любых семей при условии старательности и соблюдения аскетического образа жизни. Через год в Злине открывается Торговая академия Томаша Бати, а сам он издает книжку «Как стать богатым».
В городе строится 9-этажный Общественный дом с отелем, кегельбаном, залами для тенниса, шахмат и т.п. Позднее здесь построят крупнейший на то время в Центральной Европе кинотеатр на 3000 зрителей с символической платой за билет — одна крона. Для рабочих открываются столовые, детские сады и универсальный магазин. Впрочем, это вовсе не социалистические эксперименты. Просто Бате были нужны здоровые, ничем не озабоченные работники. За забастовку, например, увольняют автоматически, профсоюзы на его предприятиях не предусматривались.
Неизвестно, как бы развивалась империя BAŤA дальше, если бы не внезапная гибель ее основателя. В 1929 году поклонник технического прогресса знакомится с Сефтоном Бренкером, главой гражданской авиации Великобритании. Батя покупает четыре самолета, а со временем налаживает их производство под маркой «Злин». Туманным утром 12 июля 1932 года он с личным пилотом вылетел по делам в Швейцарию, но легкий «юнкерс» врезался в трубу… обувной фабрики.
Место обувного короля не пустовало ни одного дня. Его наследником стал брат Ян, продолживший деловую линию и социальные эксперименты. Если в СССР всем известны непривлекательные, но доступные дома-хрущевки, то в Чехии в середине 30-х родились дома-«батевки» — кирпичные двухэтажные коробки пятиметровой высоты, где на каждую из двух семей приходится 36 метров общей площади. Весь Злин застраивается одинаковыми домами. Люди Бати занимают все больше ключевых должностей в городе, под его контролем — местная полиция. Уволенные с работы автоматически теряют право на жилье и вынуждены покинуть Злин. Такая вот модель не очень жесткого тоталитарного города-государства…
Интересным техническим ноу-хау от Бати-второго становится директорский лифт, в котором шеф передвигается по 17 этажам самого высокого здания в Чехословакии — центрального офиса фирмы BAŤA. В большой прозрачной кабине лифта размещался директорский кабинет Яна Бати, и он при желании мог в любое время проверить, как работают его сотрудники. В 1939 году Ян Батя с семьей эмигрирует в Соединенные Штаты, а со временем строит в Бразилии два сапожных городка — Батайпоран и Батагуасу. Его племянник Томик, сын погибшего Томаша, продолжает дело отца в Канаде. Через два десятилетия родственники столкнутся в конкурентной борьбе…
В послевоенной ЧССР разрушенные войной фабрики национализировали. Город Злин переименовали в честь коммунистического вождя Готвальда, а на базе фабрик Бати создали предприятие Svit, изготавливавшее дефицитную и популярную в непритязательном СССР обувь под маркой «Цебо».
Кстати, еще до войны Ян Батя пытался наладить контакты с советским руководством и даже договорился о строительстве заводов на территории Украины. Но началась вторая мировая. После падения коммунистического режима в 1989 году Злину вернули его историческое название, а вскоре бывшие предприятия отошли прямому наследнику, сыну их основателя Томашу Джону Бате. В первом чехословацком небоскребе сейчас разместилось все руководство региона, а знаменитый стеклянный лифт его бывшего владельца Яна Бати стал маленьким музеем. Есть в Злине и большой Музей обуви, а фирма BAŤA снова стала самой популярной в Чехии.