Велодороги Петра Никитина
В сплошном потоке машин на центральной улице Тернополя в зеркале вдруг увидел какое-то белое пятно. Очередной затор? Оглядываюсь, за рулем велосипеда — человек в белом. Густые седые волосы, борода, домотканая белая рубашка — все это развевается на встречном ветру, а сама фигура — будто в тумане… Вот засветился зеленый огонек светофора, и велосипедист поехал по своей полосе, не обращая внимания на подбадривающие сигналы водителей. Он будто проплыл мимо меня на следующей остановке — человек на велосипеде, к которому была прилажена двухколесная тележка с небольшим тентом. Не раздумывая меняю свои планы и направляюсь за этим странным велосипедистом…
Встретились мы уже на набережной городского озера. Петр Григорьевич Никитин — так отрекомендовался мой собеседник — как раз остановился, чтобы, как он сказал, размять спину. Передо мной — человек лет шестидесяти, чем-то похожий на писателя-фантаста Олеся Бердника. Позднее еще раз об этом подумал, уже когда слушал рассказ этого, как оказалось, неординарного человека.
Петр Григорьевич родом из России, в свое время работал инженером, поставщиком, имеет семью, восемь детей, шесть внуков. Всегда интересовался философией, религиеведением, живописью, написал больше двухсот картин. Увлекается игрой в шахматы, атлетической гимнастикой, моржеванием, является последователем системы Порфирия Иванова. Вот уже одиннадцать лет он путешествует по миру на велосипеде. И это, по утверждению моего собеседника, не просто желание посмотреть мир, а «научить людей правильно жить». Именно так. Поскольку Петр Григорьевич — страстный приверженец здорового образа жизни.
В свои семьдесят с небольшим он выглядит значительно моложе. Кстати, о его возрасте я догадался сам из его рассказа. По словам этого велопутешественника, вообще не нужно говорить, сколько тебе лет, поскольку так быстрее стареешь и лишаешься мудрости. Говорит, что главное — человеческая душа, а у нее нет возраста. А сам человек и его добрые мысли живут вечно.
Петр Никитин называет себя «странником», что созвучно с русским словом «странный». Да, он поначалу и кажется странным. Но когда послушаешь его размышления, узнаешь его взгляды на вечные человеческие ценности, начинаешь менять свое немного скептически-ироничное отношение к этому, вроде бы, чудаку, путешествующему по миру. Он показал свой паспорт. На густо проштампованных паспортных страницах, кроме шенгенской визы, — штемпели о пересечении границы на разных континентах. Европа, Америка, Азия… Не каждый дипломат или крутой бизнесмен может похвастаться таким количеством посещенных стран. Говорит, что если подсчитать все расстояния, которые он прошел и проехал на велосипеде, получилось бы два кругосветных путешествия. Петр Григорьевич, в сущности, повторил путь своего предшественника и однофамильца — путешественника Афанасия Никитина, только вот в Индии еще не был, но виза в эту страну есть. А на Тибете бывал.
Вообще к горам у Петра Григорьевича особое влечение. Говорит, что они дают силу. Дважды восходил на гору Белуху на Алтае. Где-то там, на высоте свыше 4500 метров, и находится таинственная легендарная Шамбала. Бывал возле кратеров четырех вулканов Камчатки… В его разговоре густо переплетены цитаты из «Живой этики» Рерихов, Библии, Корана, Талмуда. Он благосклонно относится как к христианству, так и к староверству, буддизму и конфуцианству. Вера, религия, церковь — это очень индивидуальное дело. Общее — знания о мире, окружающем нас.
А вот постулаты, которые, по убеждению Петра Никитина, должен исповедовать каждый человек. Прежде всего, нужно беречь родовую память. А еще — всегда и во всем оберегать свои любовь, совесть, честь, честность, чистоту, щедрость, смелость, скромность. К этому перечню добавляет понятия доброты, безупречности, ответственности, добролюбия, добромудрости, благодеяния…
По мнению Петра Никитина, человек, выполняющий закон мироздания, законы энерго-информационного обмена в этом мироздании, открывает для себя оптимальные пути своего духовного развития и самопознания, будет жить в гармонии с духом. Говорит, что человек — своего рода художник, рисующий картину своей жизни.
Петр Никитин раскрывает густо исписанную тетрадь. Он, зная английский, немецкий языки, овладел полузабытым докирилличе¬ским и доглаголическим письмом — руницей. На пожелтевших листках можно прочитать и определенные предостережения, рекомендации по здоровому образу жизни, который исповедует и сам автор. Так, Петр Григорьевич говорит, что одна из самых больших бед — алкоголизм и наркомания. Вообще не употребляя алкоголя, Петр Никитин убежден, что человек, склонный к этой вредной привычке, теряет контакт с Богом, как будто остается оболочка, а сам он просто становится без света в сердце… Особый акцент делает он и на внешнем виде человека, обращая внимание на чистоту тела. Говорит, что сила мужчин в бороде и усах, женщин — в длинных волосах. Это как бы энергетические каналы.
Спрашиваю своего собеседника о его одежде. Отвечает, что эту белую рубашку соткал сам. Каждый узор на ней имеет свое значение, смысл, силу… В конце разговора он подошел к берегу озера, зачерпнул воды, плеснул на лицо раз, другой… Сказал, что едет в сторону Львова, а потом — на Берестечко и на Беларусь, чтобы побывать там, где есть сильные энергетические места, о которых он слышал. Долго расспрашивал, как лучше туда добраться. Я подарил ему карту Украины, написав на ней пожелания счастливого пути.
…Петр Никитин крепко пожимает мне правую руку, хлопает по плечу и садится на свой велосипед, который, поскрипывая педалями, удаляется по аллее. Вот уже видно только белое пятно, через мгновение исчезающее. Он поехал, оставив на флеш-карте фотоаппарата свой образ, а на диктофоне — рассказ о своем мировоззрении, философии гармонии человека и природы. Да и в душе моей что-то осталось от общения с этим человеком. Прежде всего — желание встретиться еще раз.
Фото автора.